1857 Из Дорожных заметок на разных путях Южной России

Источник: Из «Дорожных заметок на разных путях Южной России» Н. Воронова // Старейшая на Северном Кавказе. К 150-летию Ставропольской краевой универсальной научной библиотеки им. М.Ю. Лермонтова. Сборник материалов. — Ставрополь. — 2002. — С. 111—125

Из «Дорожных заметок на разных путях

Южной России» Н . Воронова

1857 г .

Утро едва начиналось , когда я выехал со станции Русской , последней перед Ставрополем . Дорога все еще шла по степи , но впереди , за мелким лесом , уже показывался город . Скоро ямщик своротил с большой дороги на проселок и повез меня к монастырю , от которого город отделяется только глубоким оврагом ; с тяжелыми экипажами ездить сюда опасно , и для них - то существует большой тракт , зато едущие налегке выигрывают тут несколько верст и к тому же могут за дорогу насладиться такими видами , которые степняку легко покажутся восхитительными . По обеим сторонам дороги мелькают так долго не видные рощи , степная гладь сменяется увалами , холмами , пригорками , меж тем как горизонт ширится на десятки верст , и на всей ширине его нет и следов степного однообразия . Понемногу грудь начинает дышать вольнее , глаза глядят внимательнее прежнего ...

Монастырь , мимо которого идет дорога к городу , кроме своего прекрасного местоположения , не представляет ничего особенного ; недавно учрежденный , он не успел еще обстроиться и разбогатеть . За ним рисуется Ставрополь , и какой заманчивый вид дают из себя его постройки , забелевшие поверх зелени по гребню высокой горы ! Впереди — глубокий овраг , больше и больше темнеющий книзу , где льется речонка Ташла , окруженная густыми садами и рощами ; их высокие деревья , казалось , собрались в приземистые купы и поползли одни за другими на дно глубокого оврага , потом черной полосой дороги отделились от городского возвышения , и далее , еще меньшими купами , полезли на крутую двухэтажную гору ; светло - зеленый цвет их , при утреннем освещении , переливался всевозможными зеленоватыми , желтыми и темными оттенками , и чем выше в горы поднималась зелень , то расстилаясь косматым ковром , то образуя черные впадины , точно складки , тем чаще она разнообразилась белыми и серыми домиками , разбросанными по всему возвышению городского предместья . <...>

Эффект картины много потерял , когда ямщик въехал на гору , составляющую городское предместье : на улицах грязь ; дома , издали глядевшие изящно , вблизи оказывались неопрятными ; подробности , живописные своею совокупностью , в отдельности теряли свою прелесть ... Однако , несмотря и на это , Ставрополь можно считать все - таки очень недурным городом , и в этом случае много придает ему цены его окружность . Степи , безлюдье — и вслед за этим оживленный и обстроенный город , среди местности гористой : встреча подобного места необходимо должна приятно подействовать на проезжего . Проживая и прежде в Ставрополе , я иногда слышал о нем такие суждения , что он - де « Париж Кавказа» ; признаюсь , тогда , еще полный воспоминаний о лучших городах , я считал такие суждения слишком наивными , даже дикими , теперь же , поживши среди степей , начинаю находить кое - какой смысл в этом громком имени : « Париж Кавказа !». Да , много значит окружность . Представьте положение человека , когда - то знакомого с общественными удовольствиями , с городскими потребностями , переведенного потом в ногайскую степь , или в степную станицу , где принужден он прожить безвыездно год , два и больше , положение , согласитесь , не очень приятное . Его безропотно , и вместе с тем порядочно , в состоянии вынести только тот , кто окреп нравственно , кто в жизни имеет серьезные цели , кто смотрит на время , как на короткий срок , предназначенный для нашего самоусовершенствования ... Однако много ли людей с подобными стремлениями ? Где им и когда можно было нравственно окрепнуть ?... Не удивительно , после этого , что степная жизнь , со всеми ее лишениями , должна им казаться сущею пыткою . « Какое безлюдье !» вот те возгласы , которыми встречают они свою участь жить в степи ; впоследствии эти возгласы понемногу теряют свой первоначальный жар , значительно умеряются , но из этого еще не следует заключать , что их признали неуместными или незаконными : нет , к ним сделались менее способными — и только ! — И вот наконец настал случай съездить в Ставрополь . Что ж мудреного , если он покажется Парижем : с виду он город как город , тут и людность , тут и бульвары с гуляющими и музыкой , и клуб , и театр , и магазины ... Жируй же скорее , рыскай по улицам и разным закоулкам да запасайся впечатлениями на всякого рода степную голодуху ...

Здесь кстати указать на тех людей , образующихся на здешней местности , которые носят название « опойков» . Нечто похожее на них встречается и в других уголках России , но здесь , под условиями степной и лагерной жизни , они вырабатываются рельефнее и в большем количестве . Нападки на провинцию , которая доводит человека до разнообразных падений , и , наконец , совершенного изнеможения нравственных сил , у нас очень обыкновенны ; еще недавно г . Щедрин в своих « Губернских очерках» воскликнул : « О провинция ! ты растлеваешь людей , ты истребляешь всякую самодеятельность ума , охлаждаешь порывы сердца , уничтожаешь все , даже способность желать ...»

В своей лирической статье « Мысли вслух» он превосходно дал почувствовать , что в нем трепещет живая , хотя и горькая истина . Но если легко объясняется образование таких личностей , которые в России носят название увальней , лежебок , или же для которых необходима такая водка , чтобы сразу забирала , покоряла себе всего человека , что называется вор - водка , то еще легче объясняется появление на Кавказе опойков , людей , съехавших на жалкую участь пить и опиваться до самозабвения . В России все же существует какая - нибудь общественность , и в самых глухих уголках ее может прозябать семейная жизнь : та или другая может поддержать человека , который зашатался , отыскивая пищи для своих неокрепших нравственных сил . Но среди ногайского и даже станичного захолустья общественности нет никакой : семейная жизнь является недосягаемым благом , с поверхностным , как обычно водится у нас , образованием , с большим желанием пожить , со стремлением выслужиться , или по крайней мере погеройствовать ; однако походы предпринимаются не сплошь да рядом , геройствовать не над чем , выслуживание ползет лениво , так что его и не приметишь , а жажда пожить вынуждена утолять себя картами в кружке холостых людей да всякого рода попойками . За невозможностью удовлетворить даже скромным общественным потребностям , вызывается к жизни такое средство , которое заглушало бы их назойливый голос . И вот еще ни свет ни заря к водке успели не раз приложиться : не нужен и чай , затуманилось утро вплоть до обеда ; за обедом снова водочное подкрепление сил — и затуманился день до вечера ; от такого местного обычая новозаезжий , не обижая товарищей , отставать не может ... И скоро , очень скоро , юноша , добрый малый , с теплым сердцем , с порядочной головой , становится ни на что не способным , незаметно одряхлеет , одрябнет с помутившимся взором и , боясь опомниться , пьет да пьет , а если и опомнится , то так ему больно и жутко , что со слезами на глазах может он произнести себе осуждение только в горьком восклицании : « Эх , я опоек , опоек ! » < ... >

Виноват , я несколько удалился от предмета , забыл , что мне следует говорить о Ставрополе . Но в оправдание свое могу привести то важное обстоятельство , что , говоря о каком - либо месте , не должно забывать и людей , на нем различно коротающих жизнь свою . Это обстоятельство в настоящем случае имеет самое близкое применение : Ставрополь , по составу своих обитателей , оказывается городом несколько оригинальным , отступающим от мерки , прикладываемой нами к другим собственно русским городам ; к нему отчасти не подойдут те губернские типы , которые у нас стали ходячими истинами ; нужно прибавить к ним несколько новых красок , новых черт ...

Ставрополем начинается страна служебных привилегий , привлекающих сюда искателей счастья , карьеры , приключений и всякого рода житейских особенностей , ожидаемых от страны мало еще известной внутри России , страны новой , поэтому обещающей много привлекательного , еще неизведанного , быть может , скрывающего в себе искомое всюду от нужды мыкающимся человеком . Привилегии — важная статья ; они заставляют и самого практичного человека , всегда выжидающего у моря погоды , пускаться вдаль и в непогоду ; одною своею полновесностью они тянут на Кавказ и тех , которые не способны увлечься ни заманчивостью неизвестности , ни местными красотами природы , ни какими - либо другими романтическими затеями , ни какими - либо другими непрактичными стремлениями , про которые сложена пресловутая песенка :

Ты за чем , мой друг ,

стремишься

На тот гибельный

Кавказ ?..

Ставрополь , однако , — только еще преддверие привилегии , небольшой остановочный пункт , через который идет дорога в Закавказье .

Отсюда , насчет населения Ставрополя можно сделать следующие замечания : оно наплывное , собравшееся сюда из разных концов России , и потому разнохарактерное , не успевшее еще обзавестись местными преданиями , обычаями , порядками , не рассчитывающее на оседлость , часто меняющееся , большею частью одиночное , редко проявляющееся в большой родне или в сплошных семействах . Далее , Ставрополь , как город военный и вместе с тем губернский , представляет смесь чиновничества гражданского с военным , которое опять дробится на армейское , казачье , горское , со всеми принадлежащими сюда штабами , комиссариатскими , провиантскими , гошпитальными и т . п . чиновниками . Наконец , принимая во внимание положение Ставрополя , как преддверие Кавказа , известного своею разноплеменностью , которая дробится до невероятной мелочности , легко объясняешь себе пестроту его населения , проявляющуюся на каждом шагу , мимо разномастного господского племени в лицах армян , грузин , калмыков , татар , ногайцев и всякого рода прикавказских инородцев .

Представить отчетливую характеристику подобного городского населения очень трудно , а потому мне , как проезжему , позволительно ограничиться указанием только на некоторые , более крупные черты , которые поддаются наблюдению в короткий срок и касаются притом господствующих классов города .

часть 2