Ставрополь

Филологическая книга СГУ


 

Вернуться к началу.

Ставрополь. История города и Края.

Филологическая книга СГУ

Положение город а Ставрополя

Город Ставрополь лежит под 45° 3’ 5’’ северной широты и 10° 49’ 33’’ восточной долготы по С.П. меридиану. Он расположен между реками: Ташлою и Мутнянкою.

Местоположение города Ставрополя

Местоположение города Ставрополя представляет большую высоту, состоящую из нескольких уступов и образую­щую по течению рек и ручьев глубокие овраги. Высота эта к северу ограничивается крутою покатостью, составляю­щею береговой скат реки Ташлы, к северо востоку образует мыс, на котором построена крепость. Отсю­да до родников реки Мутнянки она имеет слабую покатость на восток, на которой берут начало свое ручьи, составляю­щие чрез свое соединение речку Желобовку, но, подходя к родникам реки Мутнянки, покатость ее делается круче и, обогнув реку Мутнянку, выдается мысом у винного подвала и образует таким образом глубокое русло этой реки. От винного подвала высота эта имеет крутую покатость на 10 сажень9 и подходит каменным уступом к роднику Карабину, потом, обойдя этот ручей и образовав отлогий хребет, простирается между означенным ручьем и рекою Мамайкою, составляя берег сей последней реки. Высоты за рекою Ташлою, простираю­щиеся к Круглому лесу, имею т также общее склонение на восток и состоят из уступов, по наружному своему образованию они похожи на высоты, простираю­щиеся на правом берегу этой реки.

Новости Ставрополя / Карта Ставрополя / Погода ставрополь

Афиша Ставрополя / Ставропольский форум

Контакты

Скачать логотип


icq-961229
e-mail-написать
tel-89187528737

Раздел статей
БеSPредеL
О жизниО любви
Мужчина и Женщина
ForУмные игры
ЮмоR
Другая сторона
Компьютерный RaZдел
ОпRоSы
В мире науки.
С.М.И.

Путеводитель нет примечаний часть 4

 

Барятинский сквер

 

Сквер расположен по южному склону Соборной горы и представляет драгоценное до­стояние прошлого. Сквер засажен Нечмировым в память приезда князя Барятинского 41 по взятии Шамиля в 1859 г. При господствующих северо-восточных ветрах сквер несет большую службу для городя он хорошо распланирован и прекрасно разросся. Богатей­шие кленовые деревья своей могучей кроной дают тень и прохладу во время жаров и за­щищают от пыли. Лужайки между деревьев всегда располагают к отдыху и, к сожале­нию, за отсутствием надзора зеленая сочная трава их привлекает бродячий скот, кото­рый пасется наряду с детьми и нянями, ищущими прохлады и тени. Здесь же располага­ются и влюбленные парочки на широких каменных скамейках.

Благодаря заботам бывшего городского главы Розонова сквер отделен от площади каменною стеною и в настоящее время представляет хорошее место для гулянья. Один состав гласных думы предполагал в этом сквере произвести большую постройку и часть его вырубить. К счастью, более благоразумная часть под влиянием протеста некоторых лиц воспротивилась этому святотатству и сквер уцелел. Положение сквера в центре го­рода и на таком доступном для ветров месте обязывает всемерно оберегать его и пору­чить заботу о нем садовнику, чтобы не оправдалась русская пословица: «Глупому сыну не в помощь отцовское наследство». Уцелело одно дерево от прежнего леса. Здесь наса­жены: дуб, клен, акация.

 

Соборная лестница 42

 

Это прекрасное сооружение служит для спуска с соборной горы на Николаевский проспект. Лестница имеет 97 ступеней, 8 площадок, ширина ее __ * . Сделана она из местного камня, очень прочного, и является украшением города среди всех построек. Это монументальное сооружение является выдающимся в архитектурном отношении. Окончена постройка в 1851 г. и по ней шел в городскую думу Александр II , в то время наследник, во время его приезда в Ставрополь. Очень красивый вид на эту лестницу от старого бассейна, стоящего на площадке между бульварами. Вверху лестницы устроено небольшое здание, служившее для помещения сторожа. В 1886 г. при сооружении огра­ды сделаны в конце лестницы каменные колонны с пирамидальными верхушками. К со­жалению, каменные барьеры лестницы (стены) расхищаются, и лестнице грозит то же самое. Необходимо принять меры по охране.

 

Могилы у кафедрального собора 43

 

Забытые могилы!.. Время пощадило вас, но люди щадят вас только потому, что слишком на видном месте покоятся останки, скрытые в ваших недрах. Но они, люди, и не прини­мают никаких мер к сбережению. И могила Варпаховского 44 оосела, пьедестал под мра­морной колонной треснул, колонна наклонилась. И только собор спасает тебя, немого свидетеля погребения хранимого тобою покойника, в свое время отдавшего много труда и сил на служение краю, и теперь лишь надпись на твоей колонне напоминает о его су­ществовании. Еще пройдут годы, колонна упадет и безжалостная рука гробовщика по­ставит ее на другую могилу неведомого для тебя нового покойника, а надпись тщательно уничтожится 45 .

Могила Дарьи Кусаковой и её сына, генерал-майора Льва Ивановича Кусако­ва . Видное место в городе занимали эти мать и сын, и крупную роль играли они в исто­рии нашего края. Судьба привлекла Кусакова на Кавказ. Из мелких чинов пробил он себе дорогу и, сделавшись дежурным штаб-офицером и помощником начальника обла­сти, был вершителем всех дел, восходивших на решение властей. Всё зависело от него, от его доклада. Весь Северный Кавказ был в его руках.

Правда говорили, что и он сам был в руках у другого более хитрого и умного, у грека Посполитаки, обделывавшего за его спиной свои крупные дела. И ходила по рукам карикатура под названием «Бандура». Был изображен сидящий на стуле Кусаков, изо рта его до ног через его большой живот натянуты струны, а сбоку стоит Посполитаки с смычком в руках и водит по струнам. Надпись гласит: «Яку знаю, таку граю». Деятель­ность Посполитаки широко развивалась в Екатеринодаре 46 вообще в Черномории, среди кубанских казаков по аренде очень крупных рыбных заводов, дававших весьма крупные барыши, а так же и по другим оброчным статьям.

Кусаков имел крепостных крестьян, привезенных из России и поселенных им на своей собственной земле в Ставропольской губернии. Как с той, так и с другой стороны возникали постоянно жалобы, т.е. со стороны помещика — за неповиновение, за сопро­тивление и побеги, так и со стороны крестьянина — за притеснения от помещика.

Наиболее строптивые из крестьян были даже сосланы в Сибирь по требованию по­мещика. Известен следующий случай. По жалобе помещика была сослана в Сибирь «за развратное поведение и другие нетерпимые поступки», как сказано в прошении самого Кусакова, девица, крепостная его Екатерина Кузнецова. За что именно была сослана Куз­нецова, точных сведений нет, но в том же прошении Кусакова говорится, что из пи­сем её, полученных из места ссылки, попавших к нему в руки, он узнает, что она делала много воровства в доме его, находясь в услужении у его матери и сестры и, передавала будто бы другим, и в письмах поименовывала участников и поручала им кланяться, и припоминала некоторые случаи воровства, и делала внушение матери, выхваляла жизнь в Сибири. Ввиду таких данных Касаков, узнав, что на почте получено страховое письмо на имя её матери, обратился в почтовую контору с просьбой о выдаче этого письма, но контора на точном основании почтдиректорской инструкции отказала в выдаче письма постороннему лицу.

Принимая во внимание условия того времени и влияние Кусакова, нельзя не отме­тить гражданского мужества небольшого чиновника, почтмейстера, осмелившегося ока­зать сопротивление требованию такого влиятельного лица Дело это происходило в 1859 году.

Кусаков подал жалобу губернатору и, ссылаясь на то, что требование было основа­но «по причине», чтобы обнаружить преступление крепостных людей против владельца, просит о вскрытии письма и предъявлении его ему, « ибо если оно заключает неблагона­меренные внушения, то могут выйти вредные последствия от других моих крестьян ». По распоряжению губернатора письмо было вскрыто и предъявлено Кусакову. В письме Екатерина в самых нежных выражениях шлет матери своей поклон и говорит, что она прибыла в г. Томск и живет в услужении у чиновника, который, видя её старание и заслугу, выдал её замуж за хорошего человека, сапожника, и просит выслать ей на обза­ведение денег и писать ей. Никаких угроз или преступных указании в письме не оказа­лось. Наконец, в феврале 1860 г. Кусаков выдал письмо матери Кузнецовой, прислав его из Екатеринодара (ныне Краснодар), где он состоял в это время начальником Штаба Черноморского казачьего войска.

Вообще владение крестьянами на Кавказе не удавалось, и, ступив на кавказскую почву и видя свободную казачью жизнь и свободных переселенцев, крепостные при пер­вой возможности разбегались в разные стороны и уклонялись от работ на помещиков. Кусаков был хорошим хозяином и уже в 50-х годах завел образцовое хозяйство и имел усовершенствованные земледельческие орудия и машины. Таких хозяйств в Ставрополь­ской губернии было немного: Реброва, Юрьева и Скаржинского в Прасковейском (Свя­токрестовском) уезде 47 , тяжело жилось крепостным.

Дарья Кусакова была матерью Кусакова. Это старая дворянка из Тверской губер­нии, имевшая там ещё в 1812 г. своих крепостных, которые частью и перешли в ставро­польское имение Кусакова. Женщина она была с большим характером, властная, энер­гичная и с недюжинным умом. Она близко принимала участие в делах сына, и говорили, что областью правит не сын, а она. В какой мере это было справедливо, с точностью ска­зать нельзя, но во всяком случае, несомненно, что она имела огромное влияние на сына, а через него и на направление дел, которые проходили через его руки, а этим и на дела области, конечно, вероятно, в отношении разных назначений и хозяйственных дел. Сын относился к матери с большим почтением и дорожил её советами. Со смертью их пре­кратился в Ста врополе род Кусаковых, и дом их, находящийся на Верхнем базаре, был продан и приобретен дворянским депутатским собранием 48 . Оба памятника чугунные, сохранились хорошо.

Могила Гливенко . Он был протоиереем кафедрального собора и в то время имел большое значение: «Соборный протопоп».

Могила Успенского. Дмитрий Успенский был ключарем, хотя он получил только семинарское образование, но был человек отзывчивый, просвещенный и интересовался стариной Ставрополя. Состоял председателем церковного археологического общества, но мало уделял внимания церковному музею. Когда в среде общества возникла мысль написать историю Ставропольской епархии, то он вошел в состав избранной комиссии и взял для разработки некоторые дела из консистории, и успел написать несколько очерков из жизни духовенства в епархиальных ведомостях, но к дальнейшей работе не приступал. Участвуя в поездках архиерея по епархии, он вел дневник поездок и состав­лял интересные отчеты, но они не были напечатаны и остались в делах консистории. И к этой могиле заросла тропа, как и к остальным покойникам, рядом с ним лежащим.

 

Пожарная каланча 49

 

Мысль о постройке каланчи возникла еще в 1837 г. вследствие представления го­родничего. Начальник области поручил строительной комиссии составить план построй­ки и смету. 3 февраля 1838 г. общее управление кавказской области сообщило об этом окружному начальнику. Строительная комиссия составила план и отправила его в град­скую думу для указания места места постройки и способа, каким она может произвести постройку. Но дума уведомила, что средств она не имеет, и общее управление просит окружного начальника высказать его мнение по этому вопросу. Окружной начальник, соглашаясь с мнением думы, прибавляет, что есть более неотложные и важные нужды, как то: постройка помещения для пожарных инструментов, дома для арестованных жен­щин, — но они не удовлетворяются по недостатку средств города, и притом поли­цейское управление стоит на таком возвышенном месте, что почти весь город виден. Вследствие такого заключения окружного начальства исполняющий обязанности на­чальника области генерал-лейтенант барон Таубе предложил строительной комиссии от­ложить постройку каланчи до более благоприятного состояния городских средств. На этом и заканчивается дело о постройке каланчи.

Но в апреле 1839 г. строительная комиссия снова предлагает окружному начальни­ку избрать удобное место, так как предположено построить съезжий дом с каланчою близ сарая, где помещаются пожарные инструменты. Сообщение это подписал гра­жданский губернатор Семенов. Сама форма бумаги не оставляет сомнения, что вопрос о постройке уже решен и требовалось только исполнение формальностей.

Полицейское управление в то время находилось на том самом месте на Соборной горе, где стоит и теперь, и, действительно, по своему местоположению оно господство­вало над всей прилегающей низменностью, на которой были расположены станица и го­род, и с этого места, действительно, был виден почти весь город благодаря отсутствию построек, ниже расположенных по Соборной улице, Николаевскому проспекту, поэтому надобности в каланче большой не было. С каланчи хороший вид на Ставрополь. Но по­жарная команда возникла еще в 1820 г., и служителями были полицейские солдаты.

 

Дом Главного штаба 50

 

Главный штаб войск Кавказской линии. Дом этот остался без изменений до настоя­щего времени. Двухэтажное здание, хорошо построенное, оно и теперь принадлежит к лучшим домам города. Это первый дом, который суждено было посетить знаменитому Шамилю после его пленения в 1859 г. при въезде в Ставрополь.

 

Магистрат 51

 

Здание, стоящее по линии верхней части Николаевского проспекта (ныне Красной улицы), в полтора этажа, смешанной постройки, служило первоначально для помещения первого присутственного места магистрата, открытого в 1786 году.

В нижнем этаже помещался архив. Вся история Ставрополя до 1848 г. прошла здесь, в стенах этого здания. Ныне помещается в нем амбулатория для городских боль­ных.

От улицы здание отделено теперь каменной стеной, вследствие чего оно с улицы видно только вполовину. Тип постройки — обыкновенный дом с небольшими окнами и частыми переплетами в оконных рамах. Внутри оно переделывалось, но снаружи сделан только легкий ремонт.

 

Городская дума 52

 

Здание Думы расположено на спуске с Соборной горы, но все-таки настолько высо­ко в отношении окружающей местности, сильно понижающейся к востоку, что оно господствует над остальной местностью и при своем двухэтажном строении очень эф­фектно высится среди остальных строений.

От самого восточного конца города и даже с прилегающей к городским (Тифлис­ским) воротам площади оно прекрасно видно и величественно венчает возвышенность, резко выделяясь на горизонте своими двумя башенками. Построено оно по плану архи­тектора Славянского, и, несмотря на простоту положенного в основание его мотива, оно очень красиво, легко и, благодаря соразмерности частей, нарядно и всегда имеет праздничный вид, хотя чуждо наружных украшений.

Талантливый строитель с расчетом выбрал место для постройки и кокетливо на­бросил на башенки легкую крышу — опрокинутые тюльпаны, уперев в них шпили, как стебельки от цветочной чашечки. Построено оно в 1848 г. Низ здания был укреплен контрфорсами, составлявшими глухие боковые балконы, но в 30-х годах городская упра­ва решила, упразднить эти балконы, считая их излишними и рассчитывая использовать нижнее помещение. После этой переделки через год здание дало трещину: южная сторо­на обнаружила сползание.

Предполагая, что это неожиданное явление происходит от просачивания почвен­ных вод, решено было но проекту архитектора Бржезицкого обнести здание дренажной канавой, но разрушение не остановилось. Тогда убедились, что бывшие балконы имели свое значение, и снова их восстановили, хотя и в меньшем размере.

Наконец, с назначением в 1910 г. городским архитектором инженера Булыгина ре­шено было переделать южную половину здания, углубив фундамент и осветив нижний (третий) этаж, сделав его жилым. Но эта крупная переделка в здании едва не повела к полному уничтожению всего здания и не лишила город этой красивой, оригинальной и ценной в историческом отношении постройки, служащей украшением центральной ча­сти города. Бывший в то время городским головою Поярков, не связанный с прошлым города воспоминаниями и совершенно чуждый ему, выдвинул проект снести до основа­ния это здание и построить новое, хотя и на этом месте, но в новейшем стиле — муници­палитет.

Ставропольская ученая архивная комиссия в лице председателя Прозрителева в ви­дах охраны памятников местной старины настаивала на сохранении здания в прежнем его виде, допуская переделки, необходимые для укрепления, но без изменения внешнего его вида.

Городская управа поддерживала проект городского головы и даже в своем докладе ссылалась на заключение академика Суслова, заявившего будто бы, что здание не имеет никакого стиля и может быть сломано. Но, несмотря на такой авторитет, архивная комиссия не отступала от своего настояния, и, к счастью, в думе нашлось большинство, ставшее на историческую точку зрения, и принят был пер­вый проект. И таким образом здание уцелело.

С балкона второго этажа этого здания открывается чудный вид на всю нижнюю часть города и раскидывающуюся даль с восточной стороны. Окаймляющие низмен­ность горы, поднимающиеся террасами к югу, красиво выделяются на горизонте за 34 версты от города, видны села Надежда, Старомарьевка, белеют хатки с. Бешпагира, при­жавшегося в глубоком изгибе горы. А с крыши здания и его башни открывается прелест­ная панорама всей волнистой поверхности общей возвышенности с далеким предгорьем и величавым гигантом Эльборусом, который высится над всеми горными исполинами, гордо подняв две свои головы.

План Булыгина был выполнен вполне удачно. Внутри сделаны большие переделки, расположение комнат изменено благодаря прибавлению здания во двор, увеличению боковых крыльев, получились лишние комнаты и возможность сделать хорошую вну­треннюю бетонную лестницу вместо прежней деревянной.

Прежде это здание имело в главной зале хоры (западной стороне его) и из них был ход в башню, из которой обыкновенно приезжавшие в Ставрополь любовались дивным видом гор. Вся история Ставрополя с 1848 г. до последних дней связана с этой залой: в ней проходили и тяжелые, и радостные дни города. Сюда прибегали жители и в скорб­ные дни холеры сорок восьмого года; здесь ликовали и по случаю приезда в 1851 г. на­следника, будущего Александра II, с которым так много соединялось надежд; здесь го­род чествовал и Барятинского, сломившего упорство знаменитого Шамиля, которого он вез через Ставрополь в Петроград * . Гроза Кавказа, Шамиль ехал пленником и все праздновали это огромное событие, так как с этим проездом было связано прекращение грозного военного времени, в котором и город нес большие тяготы и утраты.

Все начинания для города исходили из этой залы и все выдающиеся кавказские дея­тели проходили здесь, связанные с тем или иным событием кавказской жизни. Здесь же, в этом зале, закончила свое существование и городская дума городового положения, уступив место городскому Совету в 1918 г., как в 1870 г. Покончила свои дни шестиглас­ная дума 53 , созданная по указу 1785 г., в свое время бывшая громадным шагом вперед по пути гражданского развития страны.

Почти половина всей истории нашего города связано со зданием городской думы. Все радости и неудачи город встречал в этом здании. Величественно оглядывает оно всю нижнюю часть города, колыбель его, из которой он постепенно вырастал, как дитя из ко­лыбельки, рос, ширился быстро и уходил во все стороны.

Красивое и приветливое здание это было первым украшением, да и теперь оно не потеряло в художественном отношении и не видит себе соперников в новом городе. Гли­нистый спуск, изборожденный рытвинами от потоков воды, густой бурьян и торчащие среди него камни — такой вид представляла из себя возвышенность, отделяющая ныне Николаевский проспект от Соборной улицы. У подошвы этой возвышенности был пу­стырь, и здесь собирался базар. Трудно было Ставрополю тягаться с другими городами России; развитие его сильно задерживалось военным управлением в крае, и, являясь об­ластным центром, Ставрополь почти не знал гражданской жизни.

Но вот 2 мая 1847 г. состоялось высочайшее положение, и область была пере­именована в Ставропольскую губернию, а Ставрополь стал губернским городом. Жители встрепенулись. « Граждане не жалели денег и приносили огромные пожертвования на разные благотворительные учреждения », — пишет современник. В ознаменование это­го перехода к новой жизни решено было основать каменное двухэтажное здание для присутственных мест городового управления. 29 мая 1847 г. была совершена закладка здания нынешней городской думы. Постройка эта скоро изменила вид местности, и бу­рьян, и рытвины на глинистом спуске исчезли и перестали пугать местных жителей, слу­жа прежде убежищем для темного люда. В новом здании должны были поместиться ма­гистрат и дума, помещавшиеся прежде в тесном и плохом деревянном здании.

Граждане с любовью и энергией относились к новой постройке, и так как го­родских сумм на постройку по выработанному плану и смете не хватало, то первой гиль­дии купец Иван Ганиловский «из усердия к общественной пользе» постройку здания принял на себя и произвел на свои средства. Граждане видели в этом здании «свой дом» , центр городской жизни, и все симпатии населения были направлены сюда. При закладке здания под основы его была положена медная доска со следующей надписью: «1847 года мая 29-го дня по Р.Х., в 22-ое лето благополучного царствования Всероссийского импе­ратора Николая Павловича, при августейшей супруге его, ее императорском величестве Александре Федоровне, наследнике, великом князе цесаревиче Александре Николаевиче и супруге его, ее императорском высочестве Марии Александровне, во время главного начальствования в Кавказском крае наместника Кавказского генерал-адъютанта князя Михаила Семеновича Воронцова, с благословения и освящения места Просвещенным Иеремиею, епископом Кавказским и Черноморским, в бытность начальником области генерал-лейтенанта Николая Степановича Завадовского, Кавказским гражданским губернатором генерал-майора Ивана Ивановича Норденстама и в присутствии многих почетных лиц заложено в городе Ставрополе на счет городских доходов и содействием ставропольского первой гильдии купца Ивана Григорьевича Ганиловского здание сие для помещения городовых присутственных мест: градской думы, городового магистрата и других городских управлений, по плану архитектора Славянского» 54 .

С устройством здания думы явилась необходимость упорядочить и место вокруг него, и потому базар, согласно высочайше утвержденному плану города, перенесен к Во­робьевскому предместью, т.е. на нынешнюю Александровскую площадь, называвшуюся тогда Татарским базарчиком. Это обстоятельство, стоявшее в связи с постройкой здания городской думы, имело огромное влияние на развитие города. С переводом базара и мел­кой торговли на верхнюю часть города многие из жителей поспешили занять в этой местности места и возвели прочные каменные постройки. Город сразу двинулся на запад, скученность внизу уменьшилась и санитарное состояние города значительно улучшилось. Ранее возник там новый гостиный ряд (старые каменные ряды) 55 , и положе­ние этой части города упрочилось. Около этого времени в нижней части города прове­ден был новый бульвар старанием командующего войсками генерала Завадского (от ны­нешнего бассейна до Тифлисских ворот) 56 , разработана Бабина роща (до того запущен­ная и крайне сырая) и названа Воронцовской 57 , устроен общественный рассадник 58 , туто­вый сад 59 , и, наконец, коллежский советник Нечмиров занялся разведением парка на горе вокруг кафедрального собора, и создан близ Варваринской церкви питомник для обучения воспитанников духовных училищ 60 .

Город сам стряхнул с себя спячку * , появились тротуары, мостики, канавы, преходы; жители стараются украсить и старые дома. Наконец в 1850 г. появился дворянский клуб и возникает освещение улиц спиртовым газом (спирто-скипидарной жидкостью). Были освещены: Николаевская улица от госпиталей 61 до Тифлисских ворот, Театральная, Александровская улицы и Александровская площадь. « Видя превосходство этого осве­щения, многие жители поставили у себя такие фонари », — говорит современник. А на­местник Кавказа граф Воронцов, посетивший Ставрополь в 1851 г., распорядился ввести такое освещение в Тифлисе, для чего было послано туда из Ставрополя 12 фонарей для образца. К этому надо прибавить и возникновение у нас женского учебного заведения Св. Александры (ныне гимназия). И все это было сделано за 3 года.

Таким образом, с возникновением здания городской думы связан целый ряд весьма светлых воспоминаний, оно как бы было толчком развития города, и мы вправе считать его памятником местной старины и дорожить по самим условиям его возникновения и той роли, какую оно сыграло в развитии самосознания граждан города Ставрополя. Без­условно, необходимо сохранить прежний внешний вид этого здания и в расширении держаться того же стиля. К этому обязывает наше прошлое.

К сожалению, бывшие гласные всех составов интеллигентной думы не озаботились не только написать историю городского управления, но даже собрать материал для напи­сания, и допустили городской архив до самого плачевного состояния и даже до расхище­ния из него дел.

* Размер не указан.

* Так в тексте, нужно — Петербург.

* Так в тексте.

часть 5

Администрация города Ставрополя / Ставропольский государственный университет /
Ставропольский государственный краеведческий музей им. Г.Н. Прозрителева и Г.К. Праве

При использовании материалов книги не забывайте об авторских правах и указывайте пожалуйста ссылку на ресурс.

Издательство Ставропольского государственного университета, 2007